Gallery

Стать самим собой.



 
Автор: В. Димкин

В одном из своих произведений Р. Хайлайн написал ": правдивый рассказ должен быть выдуман до последней буквы". Вот с учетом этой фразы пусть каждый и решает сам, правдива эта история или выдумана:
И еще одно. Возможно, правильнее было бы назвать это произведение "Стать самОЙ собой". Но самим собой может стать только "Человек с большой буквы" - не важно мужчина он или женщина.

* * *

Накануне мы с друзьями хорошо отдохнули. Как говорится, по полной: карты, водка, девочки: Поэтому проснулся я, как и обычно после "вечеров отдыха", в расслабленном сос
тоянии. Именно расслабленном, когда телу и душе легко, но полный облом даже пальцем пошевелить. Моего чувства долга хватило лишь на то, чтобы позвонить шефу (хорошо, что до телефона даже тянуться не надо!) и предупредить, что сегодня не приду - благо, работа позволяет в разумных пределах пользоваться возможностью ее прогуливать.
Я знал, как побороть это обломное состояние за один день. Также я знал, что не поборов его к вечеру, уйду в 3-4-дневный " незапланированный отпуск": хоть моя голова и не имеет свойства болеть на утро, но мой организм к вечеру снова потребует много водки и отказать ему я не смогу. Затем он будет требовать ее снова и снова, пока я не волью в него не менее 10 литров, на что как раз 3-4 дня и уходит. Лишь после этого организм успокоится и разрешит моим мозгам управлять собой до следующего раза.
В-общем, пока организм был еще расслаблен, надо было перехватывать инициативу. Но был облом и поэтому на программу "готов к выходу" вместо обычных 45-и минут ушло почти 3 часа и припасенная именно для такого случая банка пива. На улице был нормальный июньский день - ни жаркий, ни холодный, что в данном состоянии подходило мне как нельзя больше. Солнце тоже снизошло до моих предпочтений, спрятавшись за какой-то легкой дымкой. Плюс небольшой ветерок, скорее даже - намек на ветерок:
Я, как и обычно при обломе, купил в ближайшем киоске две литровых бутылки темного пива (вот такие у меня своеобразные вкусы!), сунул в уши наушники плеера и отправился на свое любимое место возле озерца в ближайшем лесочке: Или парке? . . Я даже не знаю, откуда они берутся в больших городах эти полуоблагороженные массивы деревьев и как их правильно называть. Хотя в данном случае это и не так важно.
На моем месте, никого не было. Впрочем, здесь вообще редко бывали люди даже в выходные дни. Хотя от остановки сюда всего четверть часа неспешным шагом, но большинство почему-то предпочитает дорожки и тропинки, ни одна из которых к этому озерцу не ведет. Может быть, потому, что купаться в нем категорически нельзя: в действительности это - затопленный котлован, полный всякого барахла. Берег у него, правда, достаточно чистый (может быть, и потому, что здесь практически некому сорить) . И достаточно крутой, чтобы было удобно сидеть. Поэтому я его и люблю: посидишь немного, посмотришь на водную гладь, пивка попьешь, музыку послушаешь, а потом просто валишься назад и дремлешь: Кайф! . .
И вот, когда я заканчивал второй цикл этого кайфа, то почувствовал - слышал из-за плеера я плохо - мягкие шаги справа. Дремоту как рукой сняло: тихое глухое место имеет и свои недостатки - изредка сюда заносит всякую шваль. Не то, чтобы я испугался, - я вообще не из пугливых, да и постоять за себя могу - но лучше быть начеку. И я быстро огляделся: только девушка - стройная выше среднего роста блондиночка. Похоже, натуральная. Белая с синими разводами свободная блузка, короткая джинсовая юбчонка на пуговицах, босоножки без каблука: Я обычно всегда именно так начинаю воспринимать любую женщину - общий вид и верхняя одежда. И лишь затем фигурка, ножки, попка, грудь, лицо: Эти детали у нее тоже были и выглядели бы крайне привлекательно в другом случае. Но не для того состояния облома, в которое сразу же вернулся мой организм, поняв отсутствие явной угрозы, - сейчас ему были безразличны любые раскрасавицы. Я лениво потянулся и взял лежащую в ногах полупустую бутылку пива: "Черт! В этот раз не рассчитал - надо было брать три!" Я отвинтил пробку и сделал небольшой глоток.
Краем глаза я все же следил за девушкой. Она не прошла мимо, а двинулась ко мне, остановилась примерно в метре и, наверное, что-то сказала. Но работающий, пусть и негромко (я вообще не люблю, когда музыка бьет по ушам, а уж в состоянии облома - тем более), плеер помешал ее расслышать. Пришлось вытянуть наушники:
- Ну? - и, глядя на покрытое румянцем лицо, я опять приложился к бутылке.
- Трахни! . . Меня! . . В рот! - четко по словам и достаточно громко произнесла незнакомка. Я аж поперхнулся:
- Че-кха-кха-го???
- Трахни меня в рот, - несколько тише повторила девушка. Откашлявшись, я пристально посмотрел на нее: ба-а-а, а румянец-то - от опьянения. Пожалуй, более сильного, чем мое. Но не настолько, чтобы предлагать такое первому встречному незнакомцу.
Я достаточно повидал за свою примерно 15-летнюю активную сексуальную жизнь. И фразы такие слышал: Да и не только такие - бывали и похлеще! . . Но от женщин знакомых и к тому моменту тем или иным способом оттраханных и распаленных. А здесь: Мое молчание девушка, видимо, расценила по своему:
- Ну, пожалуйста: Трахни в рот:
- А-а-, - тут кое-что пришло мне в голову: некоторые девочки-подростки выглядят на несколько лет старше. - -а потом отвечай за совращение несовершеннолетней?!
- Почему? - она была искренне удивлена. - Мне уже 19. Ну, трахни меня в рот:
Ситуация была дурацкая до предела, а мозги работать отказывались наотрез - им, видите ли, было облом думать... Кстати, и члену моему тоже был облом хоть чуть-чуть прореагировать как на предложение потрудиться, так и на сложившуюся диспозицию: я ведь продолжал сидеть, а девчонка с красивыми длинными стройными ногами в короткой юбчонке продолжала стоять примерно в метре от меня и чуть выше по склону. Возможно, она сознательно пыталась соблазнить меня видом своих стрингов: Член никак не реагировал, но именно их вид подвигнул мои обломавшиеся мозги на рождение идеи:
- Раздевайся! Совсем!
- Зачем? - настала ее очередь удивляться.
- А затем! - победоносно произнес я. - Ты ведь не объясняешь, зачем.
- Ну, если тебе это интересно: А ты меня потом трахнешь? . . - и тут же, спохватившись, уточнила. - В рот!
- Если кое-что сделаешь:
- Что?
- Потом скажу: - отмахнулся я и сделал еще глоток.
- Хорошо: - она призадумалась, видимо, пытаясь собрать свои слегка пьяные мысли, и продолжила, постоянно ненадолго замолкая:
- Мы с подругами: Играем в карты: Иногда: Там: - она махнула рукой куда-то вправо. Я пригляделся: похоже, что метрах в 100 на берегу, но за деревьями, действительно, кто-то был.
- На разные желания: Задания: Обычно я выигрываю: А сегодня проиграла: Как назло! . . - она была искренне раздосадована. - Проигравшая должна была: Упросить тебя: Чтоб ты ее трахнул: В рот: Не миньет сделать: А именно, чтоб трахнул: А остальные: Будут в бинокли следить:
- Ну, молодцы! - я расхохотался. - Так вы и бинокли взяли!
- А мы их всегда берем! - зло выпалила незнакомка, но спохватившись, тут же перешла на более приемлемый тон для человека, желающего что-то получить. - Пожалуйста: Трахни меня в рот: И я пойду:
- Раздевайся!
Надо отдать ей должное: второй раз дурацкого вопроса "зачем?" она не задала. Была ли у нее мысль, что ее могут трахнуть не только в рот? Может, и была, но она с ней смирилась. С другой стороны, так же честно, как она, я бы не смог ответить на этот вопрос.
Раздевалась она просто: и без излишней в такой ситуации скромности, и без ненужного стриптизерства. Так нормальные девушки раздеваются в своей укромной квартирке, когда на двести процентов уверены, что их никто не видит: сначала скинула босоножки, затем уверенно и спокойно расстегнула и сняла блузку, аккуратно сложила и положила поверх босоножек, потом то же самое проделала с юбкой. Снятый лифчик оголил прелестные стоящие грудки 2-го размера, а стринги - чисто выбритый лобок и малые половые губы, выступающие из плотно сомкнутых больших. Все тело незнакомки было практически однотонного цвета "слабое кофе с молоком". Это был один из самых прекрасных видов и даже обломавшиеся мозги не могли на него совершенно не прореагировать. Пришлось еще глотнуть пива.
Девушка или не заметила моего замешательства или по своему его истолковала:
- Ты сам достанешь или я?
- Так ты ж еще не все сделала, что я хочу, - дальше надо было как-то импровизировать и что-то делать, чтобы прошел облом у члена. Но у мозгов тоже был облом и они категорически отказывались думать. Надо было тянуть время: уж очень не хотелось опозориться, а ведь все именно к этому шло.
- Значит, так: Одевай свои туфли:
- Босоножки, - машинально поправила незнакомка.
- Босоножки: Какая, в пень, разница? . . Бери свои шмотки и неси подругам: Потом вернешься. Без одежды. А я здесь подожду.
- Врешь! Ты боишься и смоешься! А мне потом расхлебывай! - видимо, в случае невыполнения желания-задания ее ждало что-то гораздо более неприятное.
- Туда и обратно пойдешь вдоль берега, - я потихоньку начинал распаляться: язык из состояния облома, кажется, вышел первым, - чтобы я видел:
- Там же будет видно всем!
- Во-первых, кроме твоих подруг никого больше нет, - я улыбнулся. - Пока. Во-вторых, ты же загораешь нагишом! Вот и считай, что идешь по нудистскому пляжу.
Незнакомка не возразила и я продолжил:
- Слушай, а что вы пили?
- Водку.
- Осталась?
- Наверное.
- Прекрасно! Принеси мне хоть полбутылки, - я сделал небольшую паузу ("Точно! Водка может мне помочь!") и продолжил уже более доверительным тоном:
- Пожалуйста: И себе: Иди!
Девушка чуть-чуть поколебалась - видимо, все же боялась, что я смоюсь:
- Может быть, сначала ты меня трахнешь в рот, а потом я за водкой схожу?
- "Согласие есть продукт при полном непротивлении сторон. Утром - деньги, вечером - стулья или вечером - деньги, а на другой день утром - стулья", - процитировал я классиков и, впервые увидев полуулыбку на лице незнакомки, продолжил:
- "Я же, дуся, человек измученный", - хоть это и не была чистая правда, но сейчас мне нужно было то же, что и известному персонажу. - Тебя случаем не Дуся зовут?
- Нет, - она продолжала совсем чуть-чуть улыбаться. - Я пойду. Дождись меня: Пожалуйста:
Девушка аккуратно подняла свои вещи, спустилась к воде и пошла, слегка покачивая бедрами и виляя своей округлой высокой попкой, вдоль берега: Шла эта абсолютно голая длинноногая незнакомка, как и раздевалась, совершенно естественно, не спеша, не обращая внимания, что кто-то на нее смотрит: А я смотрел: "то ли девушка, а то ли виденье"! - "О, кажется, мозги тоже потихоньку выходят из облома!"
Она шла и шла, так ни разу и не оглянувшись ("Видимо, у девочки неплохие нервы!"), а я смотрел и смотрел, пока она не свернула с берега и не скрылась за деревьями.

* * *

Возвращалась незнакомка тем же обычным шагом. Еще издалека было видно, как подрагивают в такт неторопливой ходьбе ее симпатичные девичьи грудки и слегка развиваются не очень длинные, но пышные, натурального блондинистого цвета волосы. Чем ближе приближалась девушка, тем отчетливее было видно и ее плоский животик, и задорные чуть раскосые кончики сосков. Подойдя почти вплотную, она протянула мне более, чем на половину, полную бутылку "ноль семь". Я глянул - водка, похоже, была качественной - и сказал:
- Пей!
Пить из горла она не умела: чуть не закашлялась, сделав пару мелких глотков. Я забрал бутылку и указал на небольшой пенек метрах в пяти от нас:
- Садись! В ногах правды нет, - а проанализировав своими все еще заторможенными мозгами явно набухающие соски и задумчивую полуулыбку, дополнил известную поговорку малоизвестным окончанием, - Правда - между ними: И правда у каждого своя... Я хочу увидеть твою правду:
Мы подошли и сели: девушка - на пенек лицом к озерцу, а я - напротив, прямо на землю, скрестив ноги по-турецки. Затем посмотрел на сидящую незнакомку и повторил:
- Я хочу увидеть правду: Ножки-то раздвинь. Или ты перед мужиками никогда ноги не раздвигала?
- Нет, - пьяный румянец на лице скрывал возможные проявления прививаемого с младенчества женского стыда.
- А как же ты трахалась? По собачьи? - я ухмыльнулся, раскрутил водку в бутылке и, опрокинув ее (благо, не вся даже качественная водка снабжена этими идиотскими дозаторами), влил в себя разом грамм сто пятьдесят как минимум.
- Ну-у-у: То: - девушка, по-видимому, не знала, как реагировать на вопросы. Кроме того, продемонстрированный мной способ потребления водки на людей неосведомленных обычно производит несколько ошеломляющее впечатление.
- Вот то-то и оно, что раздвигала, - с явным удовольствием от ее растерянности констатировал я достаточно очевидный факт и протянул ей бутылку. - Выпей еще!
Естественно, повторить мой способ она была не в состоянии, но по одной ей известным причинам решила не отстать по количеству выпитого. Мелкими глотками, с передыхами это заняло некоторое время, в течение которого ее стройные ножки постепенно раздвигались, открывая мне вид на тщательно и гладко выбритую киску с выступающими малыми половыми губками.
Это медленное раздвигание вызвало в моих постепенно приходивших в себя от облома мозгах неожиданную ассоциацию и я, чуть подправив в соответствии с ситуацией текст, негромко напел (благо, что у Шифрина тоже нет голоса) :
- И жизнь, как в театре, нам предлагает
Роли не те, что хотим мы сыграть:
В душе ты одна, ну, а маска другая,
Попробуй сумей ту маску сорвать!
- Что? - в ее голосе одновременно проявились и некоторая ошеломленность, и заинтересованность. Я повторил и, чуть-чуть помедлив, продолжил почти ("шпага" уж точно была бы не к месту) по оригиналу:
- Я и маска - кто сильней из нас? -
Просто не решить проблему эту.
Если маску не сорвать сейчас,
Навсегда останусь я Лаэртом.
Не представляю, знала ли девушка кто такой Лаэрт и почему так плохо им оставаться, но общий смысл явно до нее дошел. И, похоже, заставил задуматься - некоторое время мы сидели практически неподвижно: она - на пеньке, несколько раздвинув ноги, а я - напротив на земле, пристально, но спокойно глядя прямо перед собой - на ее киску.
Как я и надеялся, первой пошевелилась незнакомка. Она наклонилась ко мне, протягивая бутылку, которую до сих пор сжимала за горлышко в правой руке. Но я не шевелился и девушке пришлось нагнуться так, что явно уже затвердевшие соски симпатичных грудок коснулись ее колен. И тут же, лаская их, колени поползли в сторону. Я забрал бутылку.
Девушка выпрямилась, при этом не только не сдвигая ноги, но раздвигая их еще сильнее - стало хорошо видно, как поблескивают от смазки, начавшей выделяться, скорее всего, еще во время нудистской прогулки, концы малых губ. Затем она прикрыла глаза и ладонями обеих рук развела в стороны большие половые губы, забралась пальцами в преддверие влагалища и растянула в стороны так понравившиеся мне малые губки. Стали видны отверстие уретры и внутренняя поверхность вагинального канала - вот это и была ее собственная женская правда:
- Истину глаголют: правда всегда открывается, - тихо и вкрадчиво прокомментировал я.
Небольшой теплый ветерок ласкал теперь не только ее уже сильно набухшие соски, но и клитор, и раскрытую настежь часть вагины. В этом ему помогали слегка шевелящиеся травинки: Иногда и я, чуть-чуть наклоняясь вперед, тихо и нежно дул на это чудо или мягко поглаживал его сорванным стебельком. Мне было хорошо видно, как оно становиться все более и более влажным. Дыхание незнакомки потихоньку, почти незаметно учащалось...
Шло время: Мой член под действием как алкогольного, так и визуального допинга, начал медленно приходить в норму из состояния облома. Я успел сделать еще глоток водки - на этот раз обычный.
- Трахни меня: Пожалуйста: - ее голос сильно изменился - теперь в нем была не вызванная внешними условиями просьба, а собственное сексуальное желание.
- В рот! - поправил я и удобно примостил бутылку на траве.
- В рот: - как бы покорно повторила девушка, но в голосе чувствовалась какая-то мечтательность.
Я встал, достал вместе с яйцами свой член, уже вполне очнувшийся от облома и достигший своего рабочего размера почти в 25 см. Подошел, аккуратно разделил ее не очень длинные волосы на две примерно равные пряди и начал наматывать их на руки. Все это время она пыталась поймать мой член своими слегка пухленькими губками. Ее попытка помочь себе руками была мной сразу же пресечена:
- Трахать! А не миньет. Найди рукам другое занятие.
Не знаю, послушалась ли незнакомка совета найти занятие рукам. Я как раз закончил наматывание волос и дал ей, наконец, возможность поймать мой член своими губками. Она мягко обхватила ими головку, нежно прошлась язычком вдоль уздечки и уже было хотела заглотить больше, но я удержал ее за волосы и повторил:
- Трахать! А не миньет.
Она чуть кивнула головой, явно не желая выпускать доставшуюся ее ротику головку моего члена, и промычала что-то несомненно утвердительное. Тогда я легонько нажал и член, бережно охваченный мягкими девичьими губками, двинулся по языку в ее глотку...
Крепко держа ее за волосы, я начал насаживать голову девушки на свой член, и одновременно двигаться сам, с силой вонзая его в ее прелестный ротик. Я хотел, чтобы член вошёл целиком, но он помещался плохо, девушка давилась и хрипела: Наконец, она расслабила мышцы шеи, давая мне возможность легко управлять ее головой, и наловчилась заглатывать член так, что ее нос каждый раз зарывался в волосы моего лобка, а мои яйца шлепали по ее подбородку.
- В_гла-за смо-треть! Смо-треть в_гла-за! - Выкрикнул я в такт движениям. Она открыла и приподняла изумрудно-зеленые глазки - они характерно блестели: удовольствие и предвкушение оргазма:
И я стал вдалбливать свой член в ее ротик с большей силой и все возрастающей скоростью. Ещё несколько таких удачных движений: (Девушка неотрывно, почти не мигая длинными иссиня-черными слегка изогнутыми кверху ресницами, смотрела мне прямо в глаза) . Еще несколько: (Казалось, она получает удовольствие от созерцания и осознания, что я смотрю, как трахаю ее в рот) . Еще: Я тяжело задышал, поднял вверх голову, отрывая взгляд, и так засадил член в рот, одновременно притягивая девушку за волосы, что вжал ее нос в свой живот, полностью перекрыв возможность дышать. Одновременно с первым мощным выстрелом моей спермы в ее глотку, незнакомка затряслась всем телом - стонать она не могла и поэтому лишь громко мычала. Я сделал ещё несколько движений своим членом, выбрасывая последние капли спермы в ее горло, а потом осторожно его вынул. Отодвинув голову незнакомки, которая вяло потянулась за членом, посмотрел на нее - глаза были полуприкрыты, лицо и все тело расслаблено. По сути, в вертикальном положении оно держалось лишь благодаря тому, что я все еще продолжал сжимать волосы.
Не знаю почему, но мне не хотелось резко обрывать ее негу. Поэтому я, раскрутив с рук волосы, аккуратно перехватил ее голову, а затем, зайдя сзади и усевшись на траву, дал девушке возможность облокотить об меня свое окончательно обмякшее разгоряченное тело. Ее голову я положил себе на плечо. Так мы и сидели...
Тот небольшой ветерок, который недавно ласкал интимные места незнакомки, пропал - наверное, умчался искать следующую клиентку - и унес с собой легкий шелест листьев и травы. В наступившей полной тишине я понял, что так и не выключил свой плеер, а он, радующийся возможности собственного выбора (стоял режим случайного воспроизведения), тихо выдавал философские рассуждения на тему человеческих масок:
- Найди приют в цветах и травах,
Достань до неба рукой -
Ни те, кто лгут, ни те, кто правы,
Не скажут, кто ты такой
Под каждой маской и в каждой роли
Согласно доле любой.
Но лишь в одном вовеки волен
Ты - стать самим собой! Стать самим собой!

* * *

Плеер я выключил. Через некоторое время незнакомка слегка пошевелилась, устраивая поудобней свою белокурую головку на моем плече, а правую руку на своей киске. Тут же в другую ее руку я сунул бутылку, которую не забыл прихватить. Вначале девушка повертела ее в руке, видимо, пытаясь осознать, что это такое, а затем с передыхами сделала несколько своих обычных небольших глотков и вернула бутылку мне. С моим размером глотка на целый там еле хватило. Мою мысль "Сколько водки не бери, все равно два раза бегать" незнакомка перебила совершенно неожиданным образом - она взяла мою левую руку и положила себе на грудь:
- Полапай меня: Пожалуйста:
Голос был приглушенным, с легким придыханием. Моя рука соскользнула ниже и я легонько сдавил ее небольшую упругую девичью грудку. Она тихо застонала и тем же голосом попросила:
- И вторую тоже: Пожалуйста:
- Это в договоренности не входило, - сообщил я ей, но просьбу выполнил - "если женщина просит: " Некоторое время мы сидели молча: она - нежно поглаживая свою киску, а я - бережно тиская ее бархатистые упругие грудки. На ощупь они доставляли не меньшее удовольствие, чем на взгляд. Но я сознательно действовал таким образом, чтобы не распалять незнакомку, а постараться успокоить: сил на вторую для нее эрекцию у меня уж точно не было. Поэтому и обхватил грудки не спереди, а снизу, пытаясь не касаться обмякших, но все равно очень симпатичных сосочков, готовых по первому зову вернуться в возбужденное состояние, и постепенно переходил от тисканья к ненавязчивому поглаживанию.
- Ты откуда взялся? - прервала молчание незнакомка уже почти нормальным голосом.
- Да так, мимо проходил, - ухмыльнулся я.
- Я не о том. Ты какой-то странный.
- Ага: Инопланетянин, который:
- Трахни меня! - достаточно резко и одновременно мягко перебила незнакомка. - По полной! . .
- Нет, это в договоренности не входило - теперь уже жестко повторил я, пытаясь оторвать руки от понравившегося им занятия. Руки сопротивлялись: не так уж часто им выпадала возможность долго и безнаказанно хозяйничать на такой замечательной грудке - небольшой и упругой с бархатистой кожей. Но моя сила воли оказалась крепче и они уступили, скользнув напоследок по бокам девушки. Как только это произошло, незнакомка достаточно быстро отпрянула от меня и повернулась, лихо перекинув правую ногу через мою голову. Теперь она сидела лицом ко мне, широко раздвинув согнутые в коленях ноги: несколько разошедшиеся в стороны большие губы открыли общий вид малых. Смотря мне прямо в глаза, девушка повторила недавно успешно проделанную процедуру: ладонями обеих рук еще больше развела в стороны большие губы, забралась пальцами в преддверие влагалища и растянула в стороны малые. Потом, не отрывая взгляда, она встала и ее раскрытое настежь влагалище оказалось буквально в десятке сантиметров от моего лица - внутри было мокро. Очень мокро: И призывный пряный запах:
Девушка перехватила малые губы двумя пальцами левой руки, не давая им возможности сойтись, а указательным пальцем правой буквально ткнула в мышцы, закрывающие проход к матке:
- Трахни вот сюда! Я хочу, чтоб ты узнал мою правду! Я хочу стать собой! Трахни меня!
- "Надо каждый день по капле выдавливать из себя раба", - произнес я, нажимая на "каждый" и "по капле" и одновременно про себя отметив, что последнюю песню она тоже слышала. - А ты хочешь все и сразу.
- Трахни меня! . . - повторила незнакомка, продолжая демонстрировать мне великолепный вид преддверия своего влагалища. - Пожалуйста:
Дежавю:
Член, недавно насильно вытащенный с помощью водки и аналогичной картинки из состояния облома, в котором пребывал от вчерашнего "вечера отдыха", после успешно выполненного задания в горле девушки явно решил в ближайшее время не реагировать ни на какие раздражители. А мозги, хоть уже и отошли от состояния полного облома, но придумать, как выпутаться из ситуации не теряя достоинства, не могли. "Не умеешь работать голов (к) ой -работай руками, - чуть подкорректировал я в уме известную поговорку. - и языком". Но вслух сказал другое:
- Лучше мы устроим "зеркальные войны". Но учти - ты мне будешь должна. "Потому что за все надо платить. А свобода сама по себе ничего не значит", - пришлось поменять фразы местами. Но разве она узнает?
- Я согласна, я отдам, - она хотела быть искренней. - А что такое "зеркальные войны"?
- Догадайся с трех раз, - улыбнулся я и, подняв руки, взялся за ее попку, которая, как и ожидалось, была такой же бархатистой и упругой, как грудки незнакомки. Я начал мягко притягивать ее к себе, одновременно заваливаясь на спину.
- Куни?! - полувопросительно-полуутвердительно сказала девушка с ноткой беспокойства в голосе. Не знаю, чем оно было вызвано: или незнакомка таких ласк еще не получала, или, что более вероятно, не получала от них истинного наслаждения.
Очень давно одна из моих секс-учительниц - "знойная женщина, мечта поэта!" - объяснила, что далеко не каждая способна к оргазму в любимой мужчинами позиции 69 даже на боку: ведь нормальная женщина будет занята не столько своими ощущениями, сколько мужскими и на собственные радости у нее уже просто не хватает сил, а в некоторых случаях - и желания. Сидеть же над мужским часто колючим подбородком и получать удовольствие не расслабляясь, а пытаясь одновременно не поцарапаться самой, не задушить партнера и удерживать киску на удобной высоте, может только, как она выразилась, "психическая мазохистка" или "сексуальная акробатка". Сексуальные мазохистки могут не обращать внимание на первое, садистки - на второе, а фригидные и имитаторши - на третье. Обоснованно считая, что моя незнакомка не принадлежит к двум последним категориям, и предполагая, что сексуально-акробатическую школу она не заканчивала, я несколькими перекатами создал положение, которое бы подошло для многих остальных, то есть нормальных, женщин: девушка лежала на спине, нешироко разбросав в стороны присогнутые в коленях ножки и открывая доступ моему языку к своей киске. Не знаю как, но в процессе перехода от начального положения "стоя" к конечному "лежа", она так и не убрала свою левую руку, продолжая с помощью длинных тонких ухоженных пальцев демонстрировать мне призывно раскрытое преддверие своего влагалища.
Я взял эту изящную ручку и, мягко лизнув ладошку, отправил ее на исследование девичьей груди - там ей дело найдется, а тут мне помощь была не нужна. Начал я с того, что взасос поцеловал ее в губы - в ее прелестные мягкие малые половые губки, так призывно выступающие из почти сомкнутых больших. Разогревать девушку не было особой необходимости, но, во-первых, на всякий случай надо было перестраховаться и отработать подготовительную программу, во-вторых, мне захотелось самому получить удовольствие - если не сексуальное, то по крайней мере моральное. (Хотя, если быть честным, то в тот момент для меня гораздо более важным было "во-вторых" - "все мужики - эгоисты, они любят в женщинах себя") . Поэтому я временно оставил в покое малые губки и приступил к обцеловыванию бархатистой кожи больших губ, животика, внутренней поверхности бедер... И затем в обратном порядке. Вновь добравшись до места, с которого начал, я прервался для того, чтобы перейти к следующему этапу. Чуть приподняв глаза, я глянул вперед - обе руки незнакомкии с удовольствием были заняты тем, что подразумевалось в моем предложении одной из них: мяли девичьи грудки и теребили уже вставшие по стойке "смирно" сосочки. Глазки девушки были полуприкрыты, из прелестного недавно оттраханного ротика раздавались приглушенные звуки слегка учащенного дыхания.
Я, максимально вытянув шею и язык, дотронулся его кончиком до плоского животика чуть ниже пупка и начал нежно, еле касаясь языком бархатистой кожи спускаться вниз: животик, а за ним бедра и все тело несколько раз судорожно дернулись. Дойдя чуть ниже места, где расходятся большие половые губы, мой язык, потихоньку расслабляясь, почувствовал бугорок, за ним - небольшую впадинку, потом под ним (пришлось чуть-чуть помочь рукой) медленно разошлись в стороны малые губки... Чуть глубже: Язык захватил немного смазки, уже во всю радостно плещущейся в преддверии влагалища, почти полностью расслабился: Теперь немного назад, в сторону бугорка...
Та же моя секс-учительница как-то дала мне возможность хотя бы примерно ощутить, что чувствуют многие женщины, когда их партнер с упорством, достойным лучшего применения, начинает тыкать языком в клитор или усиленно облизывать его конец: она несколько минут упорно "ласкала" исключительно головку моего члена. Нет, конечно, люди разные бывают, но после того урока я предпочитаю по первому разу использовать более универсальную программу: мой язык очень легонько, на самом пределе касания, лизнул - от основания к кончику - небольшой клиторочек, демонстрируя, что нашел его, и отправился на детальное исследование близлежащих окрестностей. А на исследование более отдаленных я отправил руки, до того почти неподвижно ласкавшие попку и внешнюю поверхность бедер незнакомки. Они мягко, почти не касаясь тела, начали поглаживать любые доступные места: лобок, животик, внутреннюю поверхность бедер, коленки: Теперь до поры, до времени у них было занятие, выполнение которого не нуждалось в контроле:
Мой расслабленный язык, неторопливо исследовав близлежащие окрестности клиторочка, снова едва касаясь лизнул его, как бы сообщая, что не забыл эту замечательную частичку женского организма. Мои губы тоже были не прочь с ней поластиться: они обхватили клиторочек у самого основания и сделали несколько легких сдавливающее-сосательных движений. Затем передохнувший язык медленно отправился за новой порцией смазки в преддверие влагалища. Но ему не надо было так далеко путешествовать - смазка тоненьким густым ручейком стекала меж губок по коже на молодую изумрудно-зеленую, почти как глаза девушки, травку. Язык с удовольствием прошелся по малым губкам, а потом все же решил заглянуть во влагалище прежде, чем, набрав смазки, так же медленно отправиться в обратный путь:
"Здравствуй, здравствуй, здравствуй дорогой! Я вернулся, я дошел!" - почти по "Уматурман" сообщил мой язык клиторочку, проделав то же самое касательное лизание от его основания к концу, и отправился теперь в более подробное исследование близлежащих окрестностей, становясь то чуть тверже, то чуть мягче. В это время все свои чувства я сосредоточил на реакциях незнакомки: так, вот ее зона! . .
Мой язык не спеша проделывал и проделывал уже ставшее привычным путешествие от клитора к преддверию влагалища за смазкой и обратно, не забывая по дороге облизать и так понравившиеся мне малые губки. Но в районе клитора он все чаще сосредотачивал свои ласки на найденной зоне у правой от меня стороны основания. Время от времени, когда ему требовалась небольшая передышка, мои губы не упускали возможности присоединиться к пиршеству, обхватывая у основания, слегка сдавливая и посасывая маленький симпатичненький клиторочек.
При приближении к найденной зоне язык выдерживал некоторую паузу, иногда сдвигаясь в сторону или даже немного отступая назад, и продолжал очень медленное мягкое продвижение, лишь когда дыхание девушки замирало. Тогда при достижении зоны раздавались сдержанные постанывания и тело начинало дрожать, с каждым разом - все сильнее и сильнее. Лишь когда заканчивалась дрожь, мой язык оставлял эту зону, медленно проходился по окрестностям и отправлялся в путь за новой порцией смазки. Наконец, незнакомку охватил спазм окончательного оргазма: изо рта раздался хриплый стон, переходящий в крик, руками она впилась в собственные груди, ногами сильно сжала мою голову, а из ее влагалища в мой подбородок выстрелила струя пряных выделений. Дернувшись еще пару раз, девушка затихла и полностью обмякла:
Я встал, небрежно вытер ладонью доставшуюся моему подбородку жидкость: Понюхал, а затем слизнул... Но моему члену было абсолютно все равно - он считал, что после вчерашнего "вечера отдыха" и сегодняшнего пива и так уже достаточно потрудился. На мое счастье, незнакомке пока не понадобился вагинальный оргазм: возможно, такова ее природа вообще, но скорее всего - просто устала от нескольких клиторальных. А то, что их у нее было несколько, с нарастающим эффектом, я почти не сомневался:
"Мне нужна передышка, я мечтаю о сне. О, как я устал!" - настойчиво бились в голове две строки Кинчева, соответствующие моему состоянию -сказывалось вчерашнее. Поэтому я свалился тут же, рядом с незнакомкой, закинув руки за голову. Почти сразу же она придвинулась вплотную, повернулась на бок и пристроила голову на моем плече. Пришлось вытащить руку из-под головы и обнять ее. Плавно поглаживая ее изящную спинку, я провалился в обычную для своего обломного дня полудрему.

* * *

Пришел в себя я от звука шагов. И почти сразу же раздался достаточно звонкий девичий голосок:
- Эй, подруга! Ты чего разлеглась?
Мои попытки приподняться были ненавязчиво остановлены уютно устроившейся незнакомкой:
- Это Алка:
Сказано было таким тоном, будто Алка настолько же выдающаяся личность, как Мадонна или Хиллари Клинтон, и просто стыдно этого не знать. Конечно, она - не Хиллари (глаза я все же скосил - по возрасту не подходила), я - не Билл (в этом, правда, я был уверен меньше, так как некоторые мои знакомые находили определенное сходство), а девушка рядом - не Моника Левински, которая, судя из сообщений прессы, русского языка не знала. Хотя: Хотя все сообщения могли быть специально сфабрикованной американскими спецслужбами дезой для сокрытия того прискорбного факта, что русская шпионка прошла свой путь до конца и узнала тщательно скрываемую от глаз общественности правду американского президента.
- Ты дальше трахаться будешь или с нами пойдешь? - подойдя ближе перебила Алка мои размышления. - Ты только учти: тут еще зрители появились!
- Где? - незнакомка явно нехотя приподняла свою белокурую головку, оглядываясь по сторонам. Убрать согнутую в колене и заброшенную на меня ногу (когда только она успела?), откровенно демонстрирующую возможным зрителям ее бритую киску, она не соизволила.
Воспользовавшись освобождением плеча, я приподнялся и сразу увидел небольшую кампанию, видимо, сдавших какой-то экзамен старшеклассников, расположившихся метрах в 20 от нас. Более внимательный взгляд привел меня к мысли об их, скорее всего, неопасности: две девочки, сидящие к нам спиной, одна - вполоборота и трое ребят, не столько тихо болтающих с ними, сколько занятых созерцанием моей абсолютно голой партнерши. К их очевидному сожалению, позиция для обзора была не самой удобной, но, пожалуй, наиболее подходящей из доступных. Это наводило на мысль, что выбрали они ее сознательно, а отсутствие раскатистого смеха и криков, обычно сопровождающих подростковые посиделки, было следствием их всеобщего нежелания нас спугнуть.
Я огляделся: рядом с нами стояла в меру пухленькая длинноволосая брюнетка в ярко-красной футболке, черных лосинах и туфлях на высоченных шпильках. Футболка и лосины были настолько обтягивающие, что только полный слепец не заметил бы под ними отсутствия нижнего белья, а высота шпилек наводила на мысль, что шатенка закончила цирковое училище и при том - с отличием. В руках она держала две сумочки и кулек, судя по всему, с одеждой.
Чуть поодаль расположились две менее претенциозно одетых подруги. На обеих - шатенке в джинсах и брюнетке в белой юбке до колен - были белые шифоновые блузки, через которые виднелись темные лифчики. Интересно, что через юбку брюнетки пусть и не так явно, но просвечивались такие же темные трусики.
Пока я был занят осмотром, незнакомка, видимо, как и я, придя к мысли о неопасности кампании подростков, оценила диспозицию и, сделав вид, будто пытается лучше устроиться, перегруппировалась таким образом, что ее бритая киска предстала перед зрителями во всей своей красе. Единственное, на что она не решилась, - откровенно раздвинуть руками в стороны свои половые губы.
- Сейчас, Ал, - негромко промолвила она. - Еще минутку:
- Совсем с катушек съехала, - констатировала Алка, внимательно изучив положение подростков и позу, принятую лежащей подругой. Констатировала, надо заметить, с некоторой ноткой зависти, которая совершенно явно прозвучала в ее следующей фразе, - Ну, почему ты выигрываешь даже тогда, когда проигрываешь?!
Вопрос остался без ответа и Алка, положив рядом с нами одну сумку и кулек, отошла к подругам. О чем они там зашушукались я не слышал.
Прошло гораздо больше минутки прежде, чем незнакомка приняла решение встать. Делала она это грациозно и не спеша, не забывая демонстрировать всем зрителям - и мне, и подругам, и мальчикам, и уже обернувшимся девочкам - различные эротико-сексуальные движения и позы. Пару раз она даже показала кампании подростков некоторую часть преддверия своего влагалища, как бы нечаянно зацепив одну из малых губ рукой, будто растирающей якобы затекшие мышцы внутренней части бедер.
Иногда незнакомка своими изумрудно-зелеными глазами из-под иссиня-черных чуть загнутых кверху ресниц поглядывала на меня, словно бы пыталась выявить мою реакцию на устроенное ею шоу. Откуда ей было знать, что я с давних пор придерживаюсь принципа, высказанного Хайнлайном: "Человек должен иметь право делать то, что ему хочется, если он в состоянии сделать это. Его не должны ни принуждать, ни сдерживать. "
Кажется, это представление, явно доставляющее удовольствие артистке, могло бы еще долго продолжаться, но было прервано все той же Алкой:
- Кончай стриптиз! Идти надо!
Незнакомка не хотела так сразу сдаваться:
- Сейчас! Только расчешусь!
Первый этап этого мероприятия - достаточно будничную процедуру "достать расческу" - она превратила в продолжение шоу. Вместо того, чтобы спокойно присесть, она встала на колени и полезла в свою сумку, предварительно переведя ее из вертикального положения в горизонтальное. Чтобы найти и достать расческу в этом положении, голову и грудь пришлось буквально положить на траву. В результате она прогнулась, как кошка, ее упругая попка сверхсоблазнительно оттопырилась вверх, демонстрируя всем - прежде всего, подросткам, на которых и была, очевидно, умышленно сориентирована, - гладко выбритое розовое колечко ануса. Для лучшего обозрения больших и выступающих из них малых половых губок незнакомка слегка раздвинула свои длинные стройные ножки. Осталось добавить, что процедура поиска расчески заключалась в призывном покачивании бедрами и медленных движениях всего тела вперед-назад.
Мой член, тем не менее, остался практически равнодушным к тому, что видели глаза. Но мне стало жаль не столько ребят, сколько их матерей: после такого зрелища либо штаны надо будет стирать, либо что-то делать с разорванными ширинками, а скорее всего - и то, и другое. Существовал, конечно, третий вариант, но не было похоже, что как их девочки, с не меньшим любопытством наблюдавшие шоу, так и окружающие меня подружки, явно имеющие какие-то свои, уже определенные, планы, готовы принять активное участие в его продолжении. Во всяком случае, прямо здесь и прямо сейчас.
- Заканчивай, - очень тихо, спокойно, но настойчиво сказал я. - Мальчишек пожалей.
Незнакомка посмотрела на меня с некоторым удивлением - похоже, что она ожидала какой-то другой реакции на ее, если говорить искренне, великолепную демонстрацию собственных неоспоримых достоинств. Однако возражать не стала и процедуру расчесывания закончила хоть и эротичными, но не вызывающе сексуальными движениями. Даже расческу положила в сумку не наклоняясь и выпячивая свою замечательную упругую попку, а просто присев, что в сложившейся обстановке можно было считать демонстрацией образца благопристойности, достойного монахини-кармелитки. Примерно так же, почти целомудренно, она тщательно промокнула салфетками, которые достала из сумки, свою киску, скрыв это действие от мальчишеских глаз, но снова откровенно продемонстрировав мне раскрытое с помощью двух пальцев преддверие влагалища. При этом ее глаза горели, а на пухленьких губках играла озорная полуулыбка. Затем девушка застегнула сумку, взяла ее и пакет, выпрямилась:
- Пошли, девочки!
Гоголь. Ревизор. Заключительная сцена:
По сравнению с ее подружками, я находился в выигрышной ситуации: я начал тратить время на то, чтобы встать, - вот, мол, смотрите, как бы при деле, а потому пока и молчу!
Первой сделала попытку что-то сказать, кажется, шатенка:
- А-а-а: - попытка получилась неудачной.
Вторая попытка принадлежала мне:
- Давай помогу! - протянул я руку к сумке, тяжесть которой была по силам и детсадовцу, но в данном случае это не имело значение. - Тебе в какую сторону?
- Туда! - махнула рукой обнаженная девушка.
- Пошли! - и я двинулся было в указанном направлении. Но потом вернулся и собрал все бутылки, взяв их в свободную руку. Именно это действие вывело из состояния ступора ее подружек.
- Ты что, их сдаешь? - с издевкой поинтересовалась Алка. - Так пластиковые же не принимают.
- Это, - рукой с бутылками я обвел вокруг, - мое любимое место. И мне не нравится, когда здесь не прибрано.
- Ты здесь часто бываешь? - поинтересовалась незнакомка, приседая за недавно выброшенными салфетками. И не услышав ответа, уже выпрямившись тихо продолжила:
- Мне понравились твои "зеркальные войны": Обе: Но ты меня так и не трахнул: По полной:
Затем достала из сумки кулечек, бросила в него салфетки и протянула мне. Я положил в него бутылки, взял оба кулька в одну руку. Мы неторопливо двинулись в нужном направлении. Пройдя несколько шагов, девушка обернулась и радостно помахала рукой:
- Ребята! Пока! Спасибо! Не унывайте!
Последнее было излишним - мне хватило одного быстрого взгляда через плечо, чтобы понять свою ошибку: девочки таки решили принять активное участие в продолжении шоу. Возможно, они лишь ждали момента, когда сцену покинет солистка, - их еще до конца не сформировавшиеся фигурки и неискусные движения очевидно проигрывали при прямом сравнении.
Тихо, чтоб не услышсали шедшие в нескольких метрах от нас подружки, девушка словно бы размышляла вслух:
- Ты не можешь представить, как это здорово, когда мужики на тебя голую пялятся: Я так давно такого хотела: Потому и на нудистский пляж ходила... Но там совсем не то - там много голых баб... А ты мне помог преодолеть барьер... Я сейчас так бы и шла по всему городу: - ее голос обрел мечтательность, - А еще бы всем свою киску показывать: Распахнутую, как тебе: И чтоб ты меня трахал: Куда захочешь: А люди бы смотрели: Включи ту песню.
Пока я искал, она придвинулась почти вплотную. Один наушник я дал ей, другой взял себе. Обнявшись, мы медленно шли, не обращая внимание ни на ее подруг, ни на все чаще и чаще встречающихся людей, с удивлением косящихся на абсолютно обнаженную красивую стройную блондинку, а в наших ушах звучало:
- Найди приют в цветах и травах,
Достань до неба рукой -
Ни те, кто лгут, ни те, кто правы,
Не скажут, кто ты такой
Под каждой маской и в каждой роли
Согласно доле любой.
Но лишь в одном вовеки волен
Ты - стать самим собой! Стать самим собой!

Отправить комментарий

0 Комментарии